|
|
|
просмотров: 1121 | Новости, аналитика
В прошлом году журнал Adventist Today опубликовал статью «Принесение в жертву священной коровы», в которой излагались доводы в пользу изменения сложившейся в церкви практики сбора десятин. Вопрос этот крайне сложен – ведь десятины это материальная база церкви и стремясь как-то реформировать эту сферу, стремясь сделать ее более эффективной, можно запросто устроить в церкви глобальный «экономический кризис». Поэтому прошу учесть, что высказывая свои соображения по этому поводу, я не призываю к каким-то действиям или реформам, а просто делюсь своими мыслями.
***
Середина 19 века в Российской Империи по праву считается эпохой «Великих Реформ» Александра II. Государство осуществило целый ряд реформ – земскую, городскую, судебную. Цель их была одна – способствовать созданию новое общества, общества людей, получивших свободу от крепостного права. Расскажу об этом подробнее.
Во времена крепостного права считалось, что все нужды крестьян должен был удовлетворять владевший ими помещик. Он должен был помочь крестьянину заново отстроить дом, сгоревший при пожаре, организовать медицинскую помощь, какое-то обучение детей, ветеринарную помощь. Как это происходило на деле – тема отдельная (на деле этого вообще не было), но по закону должно было быть именно так. И когда помещик, по замыслу реформы, терял свои права на крестьян, он терял и свои обязанности в отношении них. Кто же тогда должен позаботиться об этих людях?
Первоначально решено было использовать опыт управления государственными крестьянами. Крестьяне, принадлежавшие государству, управлялись не помещиками, а государственными чиновниками. Была мысль учредить такой же чиновничий аппарат и для управления свободными людьми. Но от этой идеи очень быстро отказались – дело в том, что чиновник из Петербурга не знал нужд конкретной губернии или уезда, поэтому сборы с крестьян традиционно были завышены (чтобы не упустить какой-нибудь сметный расход) и тратились нерационально (так как чиновник не знал, в чем реально нуждаются люди). В итоге было принято гениальное и поразительно прогрессивное для того (да и для нашего) времени решение – предоставить людям возможность самим решать свои проблемы. Были созданы всесословные органы местного самоуправления – земства. Они сами собирали земский сбор и сами решали, на что и в каком количестве потратить собранные деньги.
Итогом 50-летней деятельности земств стало бурное развитие провинции, создание фактически на пустом месте уникальной системы здравоохранения (земской медицины), которая вызывала восторг за рубежом, и в 1929 г. была рекомендована Лигой Наций для создания систем здравоохранения развивающихся стран, создание огромной сети школ, которая подтолкнула государство в 1908 г к переходу ко всеобщему начальному образованию. Земство фактически создало с нуля систему страхования, складов сельхозтехники, местных библиотек, психиатрической помощи, ветеринарии, привело в порядок дороги, оказало неоценимую помощь государству во время нескольких войн и голодных лет. Хотя правительство в самом начале с большой опаской относилось к идее местного самоуправления, через несколько десятилетий оно уже видело в земстве своего главного помощника.
На сегодняшний день наша церковь имеет ту же систему чиновничьего самоуправления, которая была среди государственных крестьян до Александра II. Никто не знает, куда и на что тратятся десятины верующих, в самих общинах денег вечно не хватает. Пасторы влачат жалкое существование. Примеры нерациональной траты денег (вроде недавней компании «Следуй за Библией») в церкви вызывают раздражение среди простых членов. Многие верующие вообще перестали приносить в церковь десятины – сейчас их приносят меньше половины верующих.
В этой ситуации нашей церкви есть смысл использовать земский опыт и позволить общинам самим распоряжаться собранными средствами. Тогда люди воочию увидят, как их деньги будут приносить плоды и будут охотнее приносить их в церковь. Для этого даже не потребуется всяких «проповедей для умягчения сердец» и стращания текстами «проклятием вы прокляты». Каждая община сможет сама реализовать свои нужды, сама находить средства для своих проектов.
Естественно, сразу же возникают вопросы – такая тактика подходит для богатых столичных общин, но никак не подходит для малочисленных общин в провинции. Община из 20 человек в далеком райцентре не сможет собрать денег даже на зарплату пастору. В таком случае, нужно просто прикрепить такие общины к более сильным. Братья и сестры из столичной общины будут знать, что у них есть братья и сестры из Нарьян-Мара. Такие общины могли бы обмениваться посланиями (почему сейчас забыта эта практика апостольского века?), молиться о нуждах друг друга, да и приветы были бы более искренними.
Комлев Алексей
